Пикник и прочие безобразия

— Да?  — спросил я.  — Тебе что-нибудь нужно?

— Это у вас та грязная книга?

— Грязная!  — возмутился я.  — Это Хэвлок Эллис, крупнейший специалист по психологии секса. Грязная книга — скажешь тоже!

— Ну да,  — настаивал Гэвин.  — Я насчет секса.

— Секс, что бы ни думали англичане, отнюдь не грязный предмет,  — резковато ответил я.

— Ну, понимаете… я знаю, что это не так,  — уступил Гэвин.  — Но, понимаете… я хотел сказать… все думают так, разве нет?

— К счастью, существует небольшое меньшинство, придерживающееся других взглядов,  — возразил я.  — Надеюсь, ты принадлежишь к этому меньшинству.

— О да. Я хотел сказать, что я всецело за секс, да. По-моему, так всякий волен делать, что хочет, в каком-то смысле. Конечно, кроме того, что не положено… сами понимаете, например, одурманивать девушек и отправлять их в такие места, как Буэнос-Айрес…

— Верно,  — серьезно согласился я.  — В сексе тоже все должно быть честно.

Он прерывисто вздохнул, перебирая пальцами салфетку. Его явно мучила какая-то проблема.

— Ну и что там говорится?  — спросил наконец Гэвин.

— О чем?

— О сексе, конечно.

— Какой именно аспект тебя интересует?

— Как это понимать — аспект?  — озадаченно справился он.

— Ну, ты хочешь что-то узнать про обычный секс или про лесбианство, гомосексуализм, садизм, мазохизм, онанизм?

— Ух ты!  — воскликнул Гэвин.  — Он про все это пишет? Честно?

— Честно,  — ответил я.  — Все это разные виды секса.

— Силы небесные! Да-а-а… Что ж, наверно, вы правы. Сам живи и другим не мешай, как говорится.

— Вот именно.

Гэвин завязал узелок на салфетке и похлопал им по ладони. Ему не терпелось о чем-то спросить.

— У тебя есть проблемы?  — спросил я.

Он вздрогнул.

— У меня? ! — Он попятился к двери.  — Ничего подобного! У меня никаких проблем. У меня? Никаких.

— Стало быть, доктор Хэвлок Эллис не может тебе помочь?

— Нет-нет… То есть… У меня нет проблем. Какие бывают у некоторых людей. Я зайду за подносом попозже, ладно?

Он поспешно удалился.

И я представил себе, что вести о Хэвлоке Эллисе сейчас взбудоражат всю гостиницу, как будоражат джунгли сигнальные барабаны. Попивая чай, я ждал, что последует дальше. Не прошло и часа, как снова появился Гэвин.

— Как вам чай?  — справился он.

Прежде Гэвин никогда не спрашивал меня об этом.

— Спасибо, все в порядке,  — ответил я выжидательно.

Гэвин помолчал, ловко вертя поднос на одной ладони.

— Прочитали еще?  — спросил он наконец.

— Несколько страниц.

Он надул щеки, вздохнул.

— Должно быть, это подходящая книга для человека, у которого… ну, есть проблемы?

— Очень полезная. Он обо всем судит здраво, так что у человека не возникает комплекса вины.

— Ну да… это хорошо. Комплексы — это плохо, верно?

— Очень плохо. Даже вредно для человека.

Опять наступило молчание. Гэвин перебросил поднос с левой ладони на правую.

— Да-а-а… — протянул он задумчиво.  — Есть у меня один друг, страдает от комплекса.

— В самом деле? И что же это за комплекс?

— Ну, я даже затрудняюсь объяснить. Он совсем недурен собой, как говорится… Словом, парень хоть куда. И девушкам нравится, да. По правде говоря, так две даже передрались из-за него,  — не без гордости сообщил Гэвин.  — Две португальские горничные… Здорово потрепали друг дружку. Вцепились в волосы, били кулаками. Больно они вспыльчивые, эти иностранки, верно?

— Очень вспыльчивые,  — подтвердил я.  — Это и есть проблема, которая мучает твоего приятеля? Слишком много пылких португальских девушек просятся к нему в постель?